Зимой в Куршевеле, как обычно, гуляла вся российская элита. Средь шумной толпы этот смуглый молодой человек мог бы затеряться, если бы толпа испанских лыжников не выстроилась к нему в очередь за автографом прямо в лобби отеля. Незнакомец оказался нашим бывшим соотечественником с ничего не говорящим именем — Роман Карпухин. «Как, разве вы не знаете Утонченного москвича? — удивились знакомые испанцы. — Да ведь он самый известный в Европе русский. Ну, за исключением разве что Путина и Абрамовича».
Вперед, к новой жизни! Долой слякотную московскую осень и неприлично холодную зиму. Прочь от этого вечного хамства и нахальства. Забыть, как страшный сон, про нищенскую зарплату и издевательства начальства. Там, всего в нескольких часах лету от России, его ждет удача и процветание. Томиться в ожидании отбытия ему пришлось почти полтора года. Но игра стоила свеч: в Испании — всегда теплой, яркой и улыбчивой — с ним готовы подписать очень выгодный контракт.
К своему отъезду Роман подготовился основательно: продал машину, технику, почти все свои вещи — значит, денег на обустройство в другой стране должно хватить. В новую жизнь он не стал брать осколки жизни старой. Только вот форму и погоны капитана Военно-воздушных сил выбросить не решился, так и сложил ее аккуратно в один из чемоданов — не подозревая, что через пару-тройку лет темно-синий китель сыграет свою роль в стремительной зарубежной карьере.
Забытое танго
Сюрпризы начались в первый же день. Когда Роман, нагруженный чемоданами, причалил на такси к офису Академии бальных танцев, которая приглашала его на работу, ни оркестра, ни ковровой дорожки не наблюдалось. Сотрудник компании, очень вежливый и улыбчивый молодой человек, долго извинялся перед русским сеньором: «Академия находится на грани банкротства, мы сожалеем, что не смогли информировать вас об этом заранее…»
Окончание речи Роман не дослушал. Все понятно, облом полный. Но ведь он — бывший военный, а значит, найдет выход. За пару часов он обзвонил всех знакомых испанцев, и наконец его друзья из-под Барселоны уверили, что с нетерпением ждут его в гости.
Роман: «Но на этом мои злоключения не закончились. Прямо на вокзале у меня из кармана вытащили бумажник — пользуясь тем, что руки были заняты багажом. А там — все деньги, которые я накопил для отъезда в Испанию. К друзьям добирался на перекладных, кляня себя на чем свет стоит за то, что набрал так много чемоданов. А уже на следующий день я пошел искать работу».
Перебиваясь случайными заработками — он был и водителем погрузчика, и простым охранником, — Роман постоянно искал вакантное место преподавателя бальных танцев: ведь именно таким он представлял свое будущее в Испании. А вскоре получилось так, что танцевать пришлось ему самому.
Роман: «Многие поражаются: как в мою биографию потомственного военного вдруг затесались бальные танцы? На самом деле в этом нет ничего удивительного. Вспомните, в старину офицеры считались элитой общества, они умели и воевать, и женщин любить, и водку пить, и петь, и танцевать. Вот и я хотел показать всему миру, что военные тоже могут грациозно двигаться и вести в танце свою партнершу. В военном училище к моей идее организовать кружок бального танца отнеслись с пониманием. Так я стал преподавать — благо опыт у меня имелся: в юности я долго занимался танцами, был даже чемпионом Москвы. После окончания училища я продолжал танцевать. И даже участвовал в международных конкурсах — с личного разрешения министра обороны Михаила Язова и министра культуры Николая Губенко. Кстати, именно поездка на очередной конкурс и решила мою судьбу. Побывав в Испании, я влюбился в эту страну и понял, что хочу жить только здесь».
И вот спустя пятнадцать лет после последнего выхода на сцену Роман опять принялся за тренировки: один знакомый убедил его, что не стоит торопиться на тренерскую работу, можно еще и самому потанцевать.
Роман: «К своему удивлению, я оказался в хорошей форме. Как говорится, глаза боятся, а руки делают — только в моем случае „делали ноги“. Уже через четыре месяца усиленных тренировок я завоевал звание чемпиона Испании и начал представлять мою новую родину на международных конкурсах. И пусть мой результат, возможно, не самый ошеломляющий — всего пятнадцатое место. Но на сегодняшний день это лучший показатель за всю историю Испании».
Но как только судьба повернулась к нему лицом, Роман решил резко все поменять в своей жизни. И придумал вот что: вместо танцев с изящной партнершей устраивать пляски с настоящими боевыми быками.
Бег с препятствиями
Сегодня его уютная квартира больше похожа на музей. Вдоль стен выстроились многочисленные кубки. Повсюду развешаны яркие афиши и строгие грамоты в рамках. А вот и главный «трофей» — диплом «Книги рекордов Гиннесса», удостоверяющий, что Роман Карпухин является первым в мире русским тореро за всю историю корриды.
Роман: «Когда я решил, что буду матадором, мои испанские друзья, конечно, долго посмеивались. Не простое это дело — выходить на арену один на один с боевым быком. Но они меня плохо знали: если я что-то задумал, своего добьюсь обязательно».
Сеньор Мануэль Агилера и его сын Пако, известные мастера корриды из Каталонии, тоже поначалу не верили в успех предприятия. Но — клиент платит деньги, так что он изначально прав. Поэтому своего нового подопечного из далекой России «воспитывали» по всем правилам. Растяжки, танцы, тренировки с макетом быка (это такое легкое сооружение на велосипедном колесе, но с настоящими бычьими рогами). Но самый ответственный момент — это марафон. Сначала — десять километров пробежки. Потом — еще десять километров пробежки. Разница только в том, что второй раз надо бежать… спиной вперед. Адские нагрузки.
Роман: «Лишь на арене я понял необходимость таких странных тренировок. Ведь, сам того не замечая, ты становишься будто многоглазым. И можешь бежать в какую угодно сторону с одинаковой скоростью. При встрече с быком очень важное качество».
Целый год Роман провел в Каталонской школе тавромахии (читай — корриды). Еще до своего дебюта на арене он уже превратился в местную достопримечательность. Сделать сюжет о сумасшедшем русском, который вдруг вообразил, что сможет стать матадором, считали своим долгом журналисты со всей Испании. Вот тут-то и пригодился военный китель — для пущего эффекта в свой плащ тореадора Роман вшил капитанские погоны. Знай наших! Испанцы, побывавшие на его тренировках, успели дать ему ласковое прозвище — Финито де Моску, что означает «утонченный москвич».
Роман: «Однажды, когда мой преподаватель — почтенный сеньор Мануэль Агилера — спокойно почивал во время сиесты, его разбудил вопль родного сына: „Отец, включи скорей телевизор. Вот уже целый час они рассказывают о тренировках нашего русского“. Ко мне даже порой обращались известные матадоры и предлагали работать вместе. Ведь за мной постоянно следовали фото- и телекамеры».
И это при том, что в Испании матадоры сродни нашим поп-звездам. Их знают в лицо, очередной поединок обсуждают по вечерам на семейном ужине, а за разводами-свадьбами следят с таким же интересом, как в России — за перипетиями в жизни Пугачевой и Киркорова.
Роман: «Кстати, законы корриды очень похожи на шоу-бизнес. Матадоры разделяются на классических и, скажем так, публичных. Первых знают только в мире корриды. Их движения отточены, технически выверены, но не особенно эффектны со стороны. Публичные матадоры не всегда хороши как профессионалы, да это им и не нужно. Главное, чтобы о них говорили и шли на их представления. В ход идет все: скандальные репортажи в прессе, эпатирующие поступки».
Роман Карпухин сразу стал публичным тореро. По матадорским меркам он выходил на арену всего-то ничего — около двадцати раз (в среднем профессиональный матадор выступает в год раз шестьдесят), однако каждый его бой снимался для телевидения.
Роман: «Признаюсь, мой дебют был не вполне удачен. Мало того, что в тот день, 16 апреля 2000 года, вдруг полил дождь, так я вдобавок ужасно нервничал. В итоге пришлось трижды колоть быка, прежде чем я вышел победителем. Но тореро я стал».
Чтобы было понятней: смельчаков, выходящих на арену против быка, называют либо новьеро, либо тореро, либо матадором. Это приблизительно как сержант, офицер и генерал. Новьеро — совсем новичок, он пока еще только упорно тренируется, но перед публикой ни разу не выступал. Как только новьеро покажет себя в присутствии большого скопления народа, он автоматически становится тореро. И лишь того, кто выступает на арене долго и упорно, не раз побеждая в схватке с быком, начинают уважительно называть матадором. Роман Карпухин до матадора так и не дорос, остановившись на тореро. Потому что ему опять… стало скучно.
Дикий, дикий Запад
Парк развлечений «Порт Авентура» — это такой испанский аналог Диснейленда. Паломничество сюда открыто почти круглый год. Поэтому работа каскадера или актера в одном из аттракционов — почетна и, что немаловажно, достойно оплачивается.
Роман: «Когда летом прошлого года я узнал, что в „Порт Авентура“ проводят кастинг, то подумал: этой мой шанс. Правда, приехав туда, в первый момент почувствовал неловкость. Сам-то я себя не считаю старым, но на фоне выпускников театральных училищ смотрелся как ископаемое».
Пробы проходили в течение пяти часов. За это время пришлось выложиться на все сто: Роман и плясал, и по канату ходил, и из револьверов стрелял. И попал в десятку. В прямом смысле слова: из трехсот человек, пришедших в этот день на кастинг, было отобрано десять счастливчиков. И Карпухин в том числе.
Роман: «Раньше, когда я бывал в „Порт Авентура“ как обычный турист, всегда обращал внимание на каскадеров из аттракциона „Far West“ — про первых завоевателей Америки. И так сложилась судьба, что мне предложили работать именно здесь. Весь прошлый год я провел в „Порт Авентура“. Там меня заметили и пригласили в кино — посмотреть на работу актеров-каскадеров в „Порт Авентура“ частенько заглядывают кастинг-директора разных киностудий».
Наверх, в подземелье!
Испанский режиссер Мария Лидон у себя на родине больше известна под псевдонимом Луна. У нас ее знают, наверное, лишь кинокритики — по фильму «Шлюха» с Дэрил Ханной в главной роли, не вполне внятному и не самому кассовому. Однако новый сценарий Луны заинтересовал даже капризных голливудских звезд Алисию Сильверстоун и Вэла Килмера.
«Moscow Zero» — это фильм о московской подземке. О бродягах и преступниках, обитающих где-то у нас под ногами. Согласно первоначальному сценарию, в этих мрачных тоннелях без вести пропадает иностранный археолог. На его поиски прибывает близкий друг (в исполнении Винсента Гало), который обнаруживает, что в подземных коммуникациях обитают не только бомжи (одна из них — героиня Алисии Сильверстоун), но и криминальные авторитеты (с внешностью Вэла Килмера). В этом проекте и пригласили участвовать нашего героя. Причем во время кастинга не обошлось без курьезов.
Роман: «Поначалу меня утвердили на роль главного злодея. Я был готов приступать к съемкам, когда вдруг выяснилось: Алисия потребовала, чтобы ее напарником в фильме был известный голливудский актер. Вот так „мою“ роль отдали Вэлу Килмеру. А я в итоге сыграл его помощника по банде. Самое смешное, что Алисия Сильверстоун, которая перетасовала все карты по подбору актеров, в конце концов так и не стала сниматься — я даже и не знаю, по какой именно причине. Зато очень повезло российской актрисе Оксане Акиньшиной: ее пригласили поработать дублершей Сильверстоун, а в результате она получила главную роль».
Признаться, перед встречей с Вэлом Килмером Роман сильно волновался. Его успели напугать, что актер непредсказуем: может в любой момент взорваться, начать скандалить и сорвать съемки.
Роман: «Конечно, он — человек своеобразный. Но никаких эксцессов во время съемок не произошло. Нам с ним удалось поработать спокойно и плодотворно. Я даже научил его играть в шахматы: по роли он изображал блестящего игрока, а в реальной жизни не мог отличить ферзя от ладьи. Пришлось дать мастер-класс, и в фильме герой Килмера не выглядит идиотом. Ну и я, кажется, смотрюсь на экране достойно».
Ищите женщину
А теперь — самое пикантное. Только ближе к концу нашего разговора вдруг обнаружилась истинная причина жизненных метаний Романа. Правильно французы говорят: «Шерше ля фам». В этой истории тоже задействована роковая красотка. Ради которой наш герой постоянно покоряет одну вершину за другой.
Роман: «Долгие годы моей музой была известная актриса Сильвия Тортоса. Чтобы вам было понятней: в Испании она — как Людмила Гурченко в России. И по амплуа, и по роскошной внешности, и по своей популярности. Хотя разница в возрасте у нас двадцать лет, этого никто не замечал: она сногсшибательно выглядит, всегда прекрасно одета и ухоженна. И вот именно Сильвия постоянно меня третировала: мол, тебе стоит заниматься бальными танцами, не надо метаться из одной области в другую, все равно у тебя ничего не получится. Сейчас мы с ней уже расстались, но я буквально каждый день доказываю ей: нет, Сильвия, ты была не права, я способен на большее, чем просто танцы. Сначала я стал известным тореро — вы и сами видели, что здесь, в Куршевеле, все испанцы опознают меня как Финито де Моску. Потом ежедневно падал с десятиметровой вышки в „Порт Авентура“. Сейчас вот решил попробовать себя на актерской стезе. Может, хотя бы теперь она поймет, как ошибалась, недооценив мои таланты?»